Шоковый туризм

5_mainСлучайно наткнулся на прошлогоднее ноябрьское сообщение в СМИ о том, что некие бизнесмены планируют построить стеклянный мост через каньон реки Чарын. «Это, наверное, «шоковый» туризм, когда под вами трескается стекло и люди начинают кричать … есть намётки, проект готов, сейчас идёт стадия переговоров», – пояснил исполняющий обязанности председателя Комитета лесного хозяйства и животного мира М.Айнабеков на брифинге (1).

Обидно, очень обидно, что такой высокопоставленный чиновник не знает, что у нас туризм уже давно приобрел шоковый характер!

Возьмем, например, тот же Чарынский национальный парк. Любой нормальный человек сразу же ощутит шок, когда после многочасовой поездки окажется на берегу реки Чарын рядом с дешевенькой забегаловкой, сотрясаемой раскатами рок музыки. Вот так тихий уголок природы! А что остается делать птичкам и зверюшкам в этом туристическом раю? А если еще и стеклянный мост построят…

Не меньший шок испытывают наши туристы, когда посещают Иле-Алатауский национальный парк. Начнем с того, что границы парка, видимо, строго засекречены. Они не обозначены ни на местности, ни на туристических картах. Впрочем, туристических карт парка не было и нет. Даже в суде не удается установить, где же все-таки проходят эти границы. Слабый намек на то, что границы все-таки есть, дают расположенные в некоторых местах пропускные пункты парка. Видимо, следуя знаменитой инструкции, гласящей «совершенно секретно, перед прочтением сжечь», карты были уничтожены уполномоченными ведомствами. Короче говоря, туристам приходится пробираться по территории национального парка наугад. И поход этот похож больше на пересечение минного поля, чем на поход на природу.

То справа, то слева турист натыкается на лаконичные надписи: «частная собственность», «проход запрещен», «частные владения», «аренда», «платная беседка», «охраняемая зона» и тому подобное. Для тех, кто может не заметить эти надписи, непреодолимой преградой поднимаются из недр земли заборы. Два метра, три метра, четыре, пять… не ходи, турист, гулять. Ну, а тем, кому удается обойти и заборы, путь преграждают свирепые церберы частной собственности с оружием и собаки. Вы спросите: «Может быть, мы что-то путаем?» Это же национальный парк, а не зона! То-то и оно, что не зона. Но внешние и внутренние различия стираются с каждым изменением, вносимым в законодательство об особо охраняемых природных территориях.

AH2A0104_©-ЭО-'Зеленое-спасение'Счастливца, который обойдет все заборы, частные и запретные участки и оправится от первого шока, выйдя на следующий уровень, ожидает новый шок. Вот, например, попробуйте пройти вдоль реки в ущелье Алмаарасан к сероводородному источнику. Всего несколько сотен метров. Поход напоминает переход Александра Васильевича Суворова через Чертов мост в Альпах. Вот только на скалах, нависающих над рекой, засели не отважные французы, а наши коррумпированные соотечественники сторонники шоковой терапии в экономике и шокового туризма.

Если турист ожидает найти в наших национальных парках романтические руины, это не вопрос. Их полно, только они не античные, не средневековые и даже не нового времени. Они – современные! Но не расстраивайтесь! Шок вам обеспечен благодаря чрезвычайному разнообразию руин и почти мистических событий, связанных с ними. Перед вами предстанут развалины новейших спортивных залов, обрушившихся, благодаря использованию «передовых технологий»; останки гостиниц, ресторанов, кафе в качестве памятников погибающего среднего и мелкого бизнеса; рассыпающиеся здания исследовательских объектов, символизирующих яркий закат отечественной науки.

Рейнджеров в наших парках не встретишь. Их просто нет. Зато полным, полно арендаторов. Арендуют все, разве что воздух еще не сдан в аренду. Платная поляна – наверное самый шокирующий символ экологического туризма в наших парках. И не зайцы косят траву на ней, а арендаторы, и не траву вовсе, а тенге, рубли и доллары. Вот только одна беда, некоторые поляны вытоптаны до такой степени, что на них не осталось ни травинки, простите ни тенге, и косить можно только на соседних полянах. Принцип: «Загадил здесь, переходи на следующий участок», – действует безотказно. А как же быть с первым участком? А его можно бросить.

О впечатлениях западных туристов, привыкших к порядку, именно к порядку, а не к сервису «а ля экологический туризм по-нашему», говорить вообще не приходится. Многие из них возвращаются на родину на реабилитацию, задыхаясь от счастья, что вырвались из цепких рук наших чиновников и бизнесменов от туризма.
И трещит не стекло на мосту, а вся система особо охраняемых природных территорий, превращающихся в задние дворы местных акимчиков и олигархчиков.

Нет, простите, но нам такой туризм не нужен. Видимо, новые «хозяева природы» руководствуются давно известным принципом: «После меня – хоть … туризм». Видимо, они и не подозревают, что охраняемые природные территории создаются, прежде всего, для поддержания экологического баланса, который крайне важен для выживания человечества (2).

Фотография китайского моста с портала informburo.kz: https://informburo.kz/img/article/611/5_main.jpg

———————————————-

1. Мост, аналогичный стеклянному мосту в Китае, хотят построить для развития туризма в Казахстане:
https://informburo.kz/novosti/steklyannyy-most-nad-charynskim-kanonom-predlozhili-postroit-biznesmeny.html?utm_source=twitter.com&utm_medium=news&utm_campaign=vo&_utl_t=tw

2. Н.Реймерс, советский зоолог, эколог, один из главных участников становления заповедного дела в СССР.

 

Смотрите также:

Национальные парки в опасности

ЧП в национальном парке