Ажар Джандосова: Есть ощущение, что ситуация с Кокжайлау поменялась

джандосоваВадим Борейко*

Один из лидеров движения «Защитим Кокжайлау» о том, откажется или нет аким Алматы от строительства горнолыжного курорта в уникальном урочище

В этом году городские власти встретились с общественностью по проблемам проекта строительства горнолыжного курорта на Кокжайлау единственный раз. Это был прошедший 21 февраля в Алматы «круглый стол» с участием представителей акимата и защитников урочища, который поставил больше вопросов, чем дал ответов. Встреча также была ознаменована несколькими неожиданными заявлениями сторонников проекта, которые вполне тянут на сенсацию. И, вместо того чтобы угомонить «зеленых», наоборот, их взбудоражила. Несмотря на то, что прошло без малого три месяца, эти заявления до сих пор не утратили актуальности.

Их мы обсудили с одним из лидеров общественного движения «Защитим Кокжайлау» Ажар Джандосовой.

Как курорт поменял концепцию

- Ажар, знаете, на что я тогда обратил внимание? Мы с вами восприняли в качестве сенсаций совершенно разные инфоповоды. Я, как сейчас говорят, «повёлся на хайп». То есть расценил как информационную «бомбу» слова Наиля Нурова, директора ТОО «Almaty Mountain Resorts» (квазигосударственной компании, продвигающей проект), о том, что аким Алматы Бауыржан БАЙБЕК еще не принял решение, строить или нет курорт на Кокжайлау. А для вас главным стало то, что формат курорта меняется с международного, коммерческого не просто на городской, а еще и на социальный и детский. По зрелом размышлении должен признать, что вы глубже смотрите на вещи. Но лучше вы сами расшифруйте то, что увидели в перемене участи ГЛК.

— Речь идет о полной смене концепции курорта. Раньше нам говорили, что городу нужен якорный проект, который привлечет много туристов и инвестиций, создаст немало рабочих мест и будет иметь мультипликативный эффект. Сейчас мы обнаруживаем, что проект превращается в якобы социальный. Уже ни о каких сотнях тысяч иностранных туристов речь не идет.

- Не признается ли тем самым по умолчанию, что прежняя концепция международного курорта с большим туристическим и коммерческим потенциалом была фикцией?

— Естественно. Наверное, мы можем говорить, что пришла (в акимат. – В. Б.) новая команда, более умная (смеется).

- А что тут смешного? Или вы намекаете на кавычки в слове «умная»?

— Нет, не намекаю. Мы просто рады, что наши доводы о том, что трассы на Кокжайлау абсолютно не подходят для международного курорта (там только «черные», для экстремалов, и «зеленые», для детей и начинающих. – В. Б.), всё-таки возымели свое действие. И наши доказательства были приняты. Конечно, никто из акимата не скажет вслух: да, это вы нам доказали. Они будто бы сами пришли к такому выводу. Ну, пускай.

Социальный проект Господа Бога

- Объясните мне, что стоит за фразой «социальный курорт». Звучит вроде благородно.

— Теперь на флаг курорта поднимается его социальная значимость. Нам говорят, что он будет не таким дорогим, как Шымбулак. Мало того, обещают, что там будут проводиться занятия для детей, страдающих различными заболеваниями. Конечно, это важно и нужно. Но на эти деньги (изначально в ГЛК «Кокжайлау» планировалось инвестировать $750 млн государственных средств; аким Алматы Б. Байбек сказать, что стоимость проекта будет «оптимизирована» вдвое, но точная сумма не названа и на сегодняшний день. – В. Б.) можно было создать много других социальных проектов.

- Довод: «Вам что, деньги девать некуда?» — является почти что интернет-мемом. И считается не вполне корректным аргументом в дискуссии, поскольку его можно применить едва ли не к каждому проекту. А что здесь не так именно с социальной точки зрения? Есть более дешевые альтернативные варианты?

— Урочище Кокжайлау в том виде, в каком оно сейчас есть, само по себе является прекрасным социальным проектом и объектом. Если бы его не было, его надо было создать. В центре многих крупнейших городов – Нью-Йорке, Сингапуре – заложены огромные рукотворные парки, в которых воссоздавались ландшафты первозданной природы. А мы этот уникальный уголок получили даром.

- Социальный проект Господа Бога.

— Люди разного достатка поднимаются на Кокжайлау в любое время года. В первую очередь они хотят отдохнуть от урбанизации и всех ее «прелестей»: смога, километровых пробок, постоянных стрессов. Я недавно разговаривала с Бахыт Тумновой (врач, организатор здравоохранения, президент общественного фонда «Аман-саулык», член национального общественного совета Минздрава РК. – В. Б.). Она сказала, что в последние годы в Алматы из-за последствий урбанизации, кроме традиционных болезней органов дыхания, аллергии, наблюдается резкий рост психических заболеваний, депрессий.

У людей растет потребность уйти от прессинга города к природе. И это не только горы и горные просторы, цветы и лес, но и тишина, чистейший воздух, умиротворение. К тому же все эти бонусы идут в сочетании с физической нагрузкой: ты поднимаешься на плато по крутой тропе и чувствуешь, что преодолел себя! Это создает неповторимый психологический настрой.

- Не дам соврать!

 Альтернатива шаговой доступности

 - А с точки зрения занятий детей горными лыжами, есть какие-то другие варианты, кроме Кокжайлау, единственного незастроенного участка Заилийского Алатау?

— В непосредственной близости от города имеется больше десятка небольших горнолыжных баз, требующих незначительной финансовой поддержки. Есть базы, которые находятся практически в городе. Например, горнолыжная база «Енбек» выше проспекта аль-Фараби по Навои, где раньше тренировались спортсмены, обучались дети. Там нужно буквально несколько тысяч долларов, чтобы отремонтировать подъемник.

Недавно вместе с Андреем Старковым (казахстанский архитектор, страстный альпинист и горнолыжник, противник застройки Кокжайлау. – В. Б.) мы встречались с людьми, которые уже несколько лет как начали строить частную базу в Бутаковском ущелье, там уже есть небольшая канатка и гостиница. Андрей сказал, что это хорошая альтернатива Кокжайлау из-за своей близости к городу и правильной ориентации склонов. В отличие от Кокжайлау, здесь склоны северные, и на них долго держится снег. К тому же, в этом месте реально обустройство полноценного курорта, который можно развивать в комплексе с турбазой «Алматау» (сейчас база «Pioneer») и «Табаганом».

- Первый раз слышу о такой альтернативе.

— Для меня это тоже был сюрприз.

 Принудительное обаяние акима

- У вас был опыт общения с Б. Байбеком?

— Да, конечно. Помню одно из его первых выездных совещаний на Медео (на должность акима Алматы Б. Байбек был назначен 9 августа 2015 года. – В. Б.). Это когда поставили шлагбаум и перестали пускать машины на Шымбулак.

Нас предупредили, чтобы мы не задавали вопросов. Сначала много и красиво говорил аким, затем выступали «подготовленные» товарищи, в том числе рестораторы Шымбулака, которые утверждали, что, хотя поток машин прекратился, посетителей всё равно много. Но в кулуарах они же потом сетовали, что всё происходит с точностью до наоборот. Справедливости ради скажу, что на совещании выступила Жанна Спунер (архитектор, активист движения «Защитим Кокжайлау». – В. Б.), она убеждала, что необходимо от Медео до Шымбулака пустить шатлы, экотакси, электрокары. К чему акимат прислушался, и эту идею достаточно быстро осуществили.

Должна сказать, что первое время Бауыржан Байбек часто встречался с общественностью. Он приходил на урбан-форум, инвест-форум, на круглые столы… У меня была и личная встреча. Еще тогда заметила, что аким красиво и много говорит. Говорит-говорит-говорит – и всё так гладко и доступно.

- Может, ему нравится звук собственного голоса?

— И не только ему. Мне он поначалу тоже очень понравился. Вообще, на всех, кто его первый раз видит и слышит, он производит впечатление.

- Называется «принудительное обаяние»: не захочешь, а влюбишься.

— Да, и мы практически влюбились. Но когда слышишь одно и то же постоянно и понимаешь, что это просто вода или подмена фактов, понятий, что многие вещи уверенно забалтываются… На встрече я, конечно, говорила о Кокжайлау, но услышала от него перепевы доводов, часто один в один, застройщиков и инициаторов курорта.

- Я недавно в материале сопоставил цитаты Байбека и Нурова: одни и те же мысли, в той же последовательности. Видимо, у них общие пиарщики.

— Концепция курорта поменялась, аргументы остались прежними.

 Важно не как голосуют, а кто голоса считает

скрин-досов - Б. Байбек на отчете перед населением привел данные некоего опроса, ссылку на который не дал: 80% горожан «за» курорт, 20% — «против». Почти сразу после этих слов Нурлан Досов создал на фейсбуке аналогичный опрос под слоганом «Проверим честность акимата». Проголосовали 8,4 тыс. алмаатинцев. Результат прямо противоположный: 87% — против строительства, 13% — за. Причем эту «голосовалку» трудно заподозрить в ангажированности: она не подконтрольна инициатору «сетевого референдума», поскольку ее алгоритм создан не им, а командой Марка Цукерберга.

— Да, с голосованием (результаты которого озвучил Б. Байбек. – В. Б.) получилось некрасиво. Видимо, заинтересованные лица предоставили акиму ложный опрос.

- Б. Байбек постоянно ссылается на «мнение общественности». Ее «неоднозначным отношением» он объяснял и заморозку строительства в 2015-м, хотя на то были, прежде всего, экономические причины и невключение заявки на ГЛК в республиканский бюджет 2016 года. И «оптимизация» проекта после разморозки в прошлом году произошла, по его словам, тоже благодаря «экспертам и общественности». Хотя общественность вообще-то выступает категорически против строительства в любом виде. Насколько, по вашему мнению, аким руководствуется общественным мнением в своей деятельности?

— Если бы он им руководствовался, тогда бы совсем отказался от идеи строительства курорта. Здесь идет просто манипуляция общественным мнением. А цель остается неизменной, несмотря на наши многочисленные доводы.

На том же круглом столе Наиль Нуров сказал: принято решение строить. И только потом – что «аким находится над схваткой». Надеюсь, что последнее – правда.

Есть ценности важнее любых выгод

- А вы допускаете, что Б. Байбек может отказаться от идеи строительства курорта на Кокжайлау?

— Если говорить откровенно, Байбек – солдат. Мы предполагаем, что это проект не совсем «байбековский».

За ним стоят другие люди, другие силы. И его решение зависит от того, какое решение примут они.

Мне кажется, на нашей стороне сегодня – все здравомыслящие люди. Все те, кто по-настоящему любит Алматы. Мы чувствуем за спиной поддержку. Может, она пока незримая. Но есть ощущение, что ситуация поменялась.

- Вы имеете в виду поддержку не только среди своих соратников, но и «сверху»?

— «Сверху» такие же люди, как и мы с вами. Им также свойственно сомневаться, ошибаться и исправлять свои ошибки. Я верю в людей.

Многие понимают, что в жизни есть нематериальные ценности, сохранение которых гораздо важнее любых выгод.

Фото: Дмитрий Каратеев.

 

*Публикуется с разрешения автора.

Подписаться на новости сайта: