Анималистика – это образ жизни

25 января 2016 года в кинозале Казахской национальной академии искусств им. Т. Жургенова состоялся мастер-класс фотографа-натуралиста Олега Белялова

 

На встрече присутствовали студенты мастерских режиссуры научно-популярного и игрового кино, телевидения, будущие продюсеры, киноведы и операторы.

Ведущая, киновед Надежда Беркова предоставляет слово гостю.

Олег Белялов:

– Анималистика – это особый жанр, он имеет место и в фотографии, и в кино.

Фильмы, телепрограммы о дикой природе сегодня можно посмотреть на многих зарубежных телеканалах. Самые известные – это Discovery Channel, National Geographic, Animal Planet и другие. На советском телевидении существовала только одна передача «В мире животных» и был огромный дефицит фильмов о животных. На весь Советский Союз всего шесть операторов снимали природу. Большинство уходило в документалистику, игровое кино, то есть снимали фильмы с участием людей. Если операторы пытались снимать животных, у них это не получалось по нескольким причинам. Тут важно знать не только техническую часть: аппаратуру, какие-то базовые вещи и прочее. По большому счету – это образ жизни: поездки, длительные экспедиции, бытовые неудобства…

Чтобы начать разговор по существу, давайте посмотрим фильм «Сурок Мензбира» режиссера и оператора Вячеслава Белялова, снятый в 1984 году.

Показ фильма.

Олег Белялов:

– На этом фильме я работал ассистентом оператора. Ленту о сурке Мензбира мы начали снимать в апреле, а закончили в августе. Было несколько поездок к местам обитания сурка. Верхние колонии сурков расположены на высоте 3000 метров, а машина с оборудованием стояла на высоте 1800 метров. Нам приходилось действовать челночным способом, то есть поднимать на определенную высоту палатку, аппаратуру. Как говорил отец, по-альпинистски делать несколько ходок. На двоих – более ста килограммов груза: оборудование и еда.

Довольно сложно пришлось снимать сурков Мензбира. Снимали мы методом наблюдения. Вот, к примеру, один сурок вылезет из норки погреться, тогда успевай за ним, а то убежит. В следующий раз он уже в другом месте окажется, а там его может заслонить какой-нибудь большой куст. Все кадры, которые мы тогда сделали, попали в фильм. Снимали «Конвасом», а ему не хватало светосилы даже в солнечный день. Это потому что у объектива МТО-1000 была очень маленькая светосила – реальная диафрагма 16. А пленка имела очень низкую чувствительность – максимум 100 ISO. Сегодня таких проблем нет, и оптика светосильная и чувствительность современных матриц высокая. Ставишь чувствительность 3200 ISO, или вообще повышаешь до 6400 ISO и снимаешь хоть в сумерках.

Интересная история была со съемкой самки улара и ее птенцов. Пока отец снимал сурков, я ходил по окрестностям и искал гнезда птиц. Нашел выводок улара и побежал к отцу. Мы схватили камеру с 1000 объективом, и скорей на место. Самка улара ходит в 5-10 метрах от нас, а другого объектива с собою нет, и отойти уже никак нельзя, поэтому пришлось делать панораму по птице, поскольку она не помещалась в кадре. Но так бывает редко, обычно не хватает длинного фокуса.

 Расскажите, пожалуйста, как Вы записывали звук?

– Большинство звуков животных создавалось в условиях киностудии, в специальном цехе. Работала целая команда звукооператоров для того, чтобы озвучить один фильм. Фонотека собиралась годами: звуки, шумы, птичьи голоса. Потом можно было использовать крик одной и той же птицы из фильма в фильм. В экспедиции нам тогда удалось записать крик сурков на портативный магнитофон марки «Nagra». Это было великое счастье. Я также смог записать голос улара.

Особую часть мира отцовских фильмов составляла музыка, написанная композитором Эдуардом Богушевским.

Приходилось ли Вам пережить опасные моменты на съемках?

– Один раз мы с отцом горели. Это случилось во время съемок зимой, когда у нас загорелся примус в скрадке. Сгорела вся аппаратура. К счастью, до кордона было всего пять километров, и мы смогли добежать живыми. А ведь могли бы и замерзнуть. Однажды на меня напал леопард. Это случилось весной 1990 года в Бадхызском заповеднике на юге Туркмении. К счастью, рядом был мой друг Володя Морозов и леопард только поранил меня и убежал, увидев его.

Какие современные камеры Вы используете для съемки животных?

– Для профессионала просто фотоаппарата недостаточно, нужна специальная оптика, чем больше фокусное расстояние, тем лучше.

Недавно я побывал в Алматинской области, в национальном природном парке Алтын-Эмель. Куланы стояли от нас в полутора километрах. На таком расстоянии снимать практически невозможно. Нужно, чтобы кулан подошел, как минимум, на 100 метров. В итоге мы решили использовать дрон – небольшой летательный аппарат, на котором крепится только маленькая камера. В советское время таких аппаратов не было. Если нужно было снимать с воздуха, приходилось заказывать вертолет и согласовывать маршруты полетов с рядом инстанций!

Сейчас я работаю на аппаратах системы Nikon, Pentax. Для съемки животных использую Nikon с длиннофокусными объективами: есть 300 мм, 600 мм и даже 800 мм. Пейзажи снимаю на Pentax: у него разрешение больше, матрица 50 млн. пикселей.

Теперь можно снимать звезды. В то время, когда работал мой отец, об этом не было и речи. Сегодня мы можем снимать Млечный путь. Есть немало сайтов, посвященных съемкам звездного неба. Если бы была возможность продолжать работу в кино, то можно показать в фильмах и Млечный путь, и звезды.

Существует ли специальная методика съемки птиц в полете?

– Да, сегодня снимают птиц с дельтаплана. Берут птенца из гнезда, выкармливают. Он начинает воспринимать человека как своего родителя, привыкает к нему и тогда можно спокойно следовать рядом с ним. Диких птиц так никогда не снимешь. Сейчас много снимают с дронов. Я снимаю птиц в полете с рук длиннофокусным объективом: ставлю аппарат на серийную съемку 10 кадров в секунду и потом выбираю понравившийся, наиболее выразительный кадр.

Как Вы выслеживаете этих птиц?

– На начальном этапе работы оператора и фотографа-натуралиста всегда должны быть консультанты. У меня хорошая научная школа, поскольку я с детства занимался орнитологией: сам находил гнезда птиц, так сформировались навыки специалиста.

 Как много времени нужно для того, чтобы снять хороший кадр?

– От нескольких секунд – до нескольких дней. Бывают ситуации, когда снимаешь быстро, но обычно требуется время. Чтобы снимать животных, нужно сидеть в определенном месте, там, где животное обязательно появится – либо у водопоя, либо недалеко от птичьих гнезд, лисьей норы. Приспосабливаешься, ставишь скрадок (это палатка с отверстиями для камеры, откуда наблюдает за животными оператор или фотограф). Обязательно нужно чувствовать опасное приближение, соблюдать дистанцию. Если оператор неопытный, то можно погубить и гнездо, и всю кладку. Птица может бросить кладку и улететь, поэтому на начальном этапе всегда должны быть консультанты.

Хочу отметить особенности требований разных школ к мастерству оператора. Когда мы с отцом снимали фильмы для канала BBC, у них всегда было главное требование, чтобы мы начинали и заканчивали панорамой, длинными статичными планами. Отец считал: «Лучше поставить два статичных кадра, которые будут безупречно выверены по композиции, чем одну панораму». В то время мы снимали на камеру «Конвас» с объективом МТО 1000. Мало что можно было снять 500 мм объективом, у нас был и 300 мм, но в основном мы использовали 1000 объектив.

Есть ли сегодня в Казахстане операторы, специализирующиеся на съемках животных в естественной природной среде?

– На киностудии «Казахфильм» сейчас таких операторов нет. Есть немало фотографов, которые пытаются снимать видео. В основном, это случайные кадры, нерегулярные съемки. Чтобы режиссеры, операторы специально снимали фильмы про животных?! Таких я не знаю. В советское время на студию поступали заказы из Москвы, Госкино и Гостелерадио. Был спрос на фильмы о животных для передачи «В мире животных», которую регулярно показывали по Центральному телевидению. Последние фильмы «Алтын – Эмель», «Весенние плесы» мой отец снял в 1997 году. Это уже не был государственный заказ. Мы снимали для нефтяной компании «Шеврон». Киностудия «Казахфильм» прекратила финансировать кино о животных. Это было время, когда многие студии на пространстве СНГ стали распадаться. Отец до того, как его не стало в 2004 году, больше не снимал.

Надежда Беркова:

– Мы послушали мастера, фотографа-анималиста Олега Белялова. Из первых рук получили новые знания и узнали немало интересного об уникальном опыте режиссера и оператора Вячеслава Белялова. В действительности, Олег Вячеславович – это профессионал каких в мире немного, в Казахстане – единицы. В России анималисты участвуют в специальных выставках. Например, восхититься их работами можно, посетив ежегодный фестиваль «Первозданная Россия». Вам представилась возможность познакомиться с выставкой работ Олега Белялова, приуроченной к 80-летию Вячеслава Белялова, в фойе нашей академии.

Отца и сына объединило одно дело – съемка животных. Монолог Олега, нашедшего себя в сложном жанре, напомнил мне сдержанного, молчаливого Вячеслава Алиевича. Отец и сын выбрали дело на всю жизнь, и в ответственности, с которой работал старший Белялов, а теперь продолжает сын, я уверена, глубоко живет тайная страсть, преданность профессии. Полагаю, с такими чувствами прожил жизнь в кинематографе Вячеслав Алиевич, и страсть эта передалась Олегу Вячеславовичу…

 

Вопросы, запись текста подготовил Али Исабаев,

студент 2 курса «Оператор кино и ТВ».

Мастерская доцента

Г. Л. Ройтмана и Н. Г. Баянова

КазНАИ им. Т. Жургенова

25 января 2016 г.

 

Смотрите также:

К 80-летию Вячеслава Белялова

Рыцарю казахстанской природы посвящается

Подписаться на новости сайта: